Я возвращаюсь в этот город знакомый до слез

Ленинград Я скачать музыку бесплатно и слушать онлайн Страница 13 - песни

я возвращаюсь в этот город знакомый до слез

зима - Написана песня «Мой город»автор: Кинчев - Рикошет написана: зима Я возвращаюсь в этот город знакомый до слез. Сергей Мухин. Я вернулся в мой город, знакомый до слёз, До прожилок, до детских припухлых желёз. Ты вернулся сюда, так глотай же скорей Рыбий. "Мой Город" - рэп, который получил у Рикошета дальнейшее обоих: "Я возвращаюсь в этот город, знакомый до слез, до прожилок, до.

Но восстанавливать ее не стали — такой романтический вид приобрели руины. Наслаждаясь совершенством пейзажа, я не могла двинуться с этого места, мысленно пробежала по всем видимым и невидимым глазу тропкам. От Колоннады виден южный фасад Дворца. К нему, спустившись со склона, на котором стоит Колоннада, я и направилась. Оплата за вход здесь отдельная р. В Садике царит Тишина и Красота. Не издавая ни звука, чтобы не потревожить покой и умиротворенность этого места, в душе я кричала от восторга.

Планировка Садика воспроизводит планировку Дворца, поэтому, гуляя по Садику, вы как будто гуляете по Дворцу. Это такой дворец из цветов и деревьев под открытым небом.

Пока я, потеряв счет времени, гуляла по Садику, касса Дворца закрылась — ровно за минуту до Бежала я до кассы быстро, но, увы, это не помогло. В этот свой приезд во Дворец я не попала — увы и ах!

Guf feat. Смоки Мо - Мой город (текст песни)

Но зато я отправилась на экскурсию по парку, и вам советую это сделать, чтобы все кусочки мозаики сложились в единое целое. Во внутреннем дворике Дворца останавливается голубой поезд, экскурсовода там нет, текст экскурсии, очень приличный, включается в нужные моменты, фоном звучит классическая музыка. Маршрут поезда составлен отлично, проходит по всем значимым местам парка, и на каждом повороте затаиваешь дыхание от раскрывающегося перед тобой пейзажа.

Поездка длится 35 минут и разбита на 2 части — от Дворца до лодочной станции, там остановка, на которой в поезд могут сесть новые туристы, и от лодочной станции опять до Дворца. Цена вопроса — р. Около Дворца дежурят электромобили, на них можно проехать по чуть более расширенному маршруту за р. После экскурсии я ухожу бродить, куда глаза глядят.

Думать о былом, радоваться хорошему и погружаться в меланхолию. В том числе, я думаю и о том, что у моей сестры дача в трех остановках на электричке от Павловска, но она никогда не ездит в парк. Она занята тем, что создает свой мир, свой парк, свой дом на отдельно взятой территории, размером в 9 соток.

Я думаю о том, что размер не имеет значения, что моей сестре некогда погружаться в меланхолию, она занята Делом и подбирает самые лучшие саженцы на весну. Наблюдая за ней, я лучше понимаю Екатерину, мать-созидательницу-собирательницу, с благодарностью думаю о том, что она оставила потомкам. О том, что моя сестра, в своем масштабе, оставит своим детям. Никаких заборов каменных в два человеческих роста, как это стало уже нормой в Подмосковье, открытые пространства, палисаднички, вьющаяся изгородь и здоровающиеся соседи — боже упаси, никаких звонков на глухих калитках!

Мистическое приключение Я не могу удержаться от всем, наверное, известных, а потому заезженных, строк Ахматовой: Я к розам хочу, в тот единственный сад, Где лучшая в мире стоит из оград, Где статуи помнят меня молодой, А я их под невскою помню водой. В душистой тиши между царственных лип Мне мачт корабельных мерещится скрип.

И лебедь, как прежде, плывет сквозь века, Любуясь красой своего двойника. И замертво спят сотни тысяч шагов Врагов и друзей, друзей и врагов. А шествию теней не видно конца От вазы гранитной до двери дворца. Там шепчутся белые ночи мои О чьей-то высокой и тайной любви. И все перламутром и яшмой горит, Но света источник таинственно скрыт.

Эти строки прекрасны, как прекрасен Сам Сад. Его Гармония и Совершенство. Полгода назад, золотой осенью, я уже видела Его обновленным, и мне он понравился, сейчас я хочу увидеть Его в летнем сиянье. К тому же, в Саду вот уже почти 20 лет играет один музыкант — рядом с дедушкой Крыловым, и послушать его в Таком Окружении — непередаваемое удовольствие.

Сад тоже слушает его, мягко разнося округ звуки прекрасной музыки. И вот, хоть и вечером, но все равно по жаре, я иду от Петропавловской Крепости через Троицкий мост — к Цели. Все плавится в моей голове, плавится асфальт, но я уже близко, и уже охватывает меня чувство предвкушения, и вдруг… Сад закрыт. Я не верю своим глазам. Я одна на набережной, передо мной решетка ворот, а чуть выше на решетке довольно большая табличка, которая сообщает мне, что сад закрыт на плановую чего-то там до декабря г.

Белое солнце пустыни бьет мне в затылок, за решеткой Сада ни души, ни охранника, и с той стороны решетки свалены кучи каких-то мешков и прочих строительных, как я предполагаю штук. Просовываю на прощанье объектив между прутьями решетки, надеясь на чудо, что сейчас все прояснится, я проснусь, но это не помогает, на фото моя искаженная отраженная реальность.

Я бреду до тех пор, пока не появляются прохожие, и морок проходит, и я расстроено еду домой. Звоню крестнице, большой уже девушке, и жалуюсь и негодую. Это было не во вторник. Но когда, и где, и почему я там побывала, в какую реальность попала? Я знаю, что необъяснимое в жизни случается.

Также я верю в Деда Мороза, поскольку его, летящего по небу, видел в юном возрасте мой сын, когда мы еще жили в Петербурге. А я верю маленьким детям, к тому же знаю, что в Петербурге возможно.

Александр Розенбаум - Ленинград / Творческий вечер Аллы Пугачёвой

Сейчас же я пишу об этой странной истории в надежде, что вдруг ее прочитают те три человека, которые спрашивали у меня дорогу к Саду, а я, жалея их, что им придется топать по жаре, поделилась, что Сад закрыт, и отсоветовала идти, и не увидели они чудо чудное, хоть и ехали для этого из своих городов и весей.

Не ведала, что творила.

я возвращаюсь в этот город знакомый до слез

Поездка в Монрепо В пригородных парках Петербурга мы можем легко перемещаться из одной эпохи в другую: Еще нет такого жанра, как пейзаж, а есть лишь "лендчавт со скотиною" и "картина со скотским видом". И вот наступает время сентиментализма, появляются пейзажные парки Павловский, напримеррацио отступает, и главным становится душа человека, его связь с восходами и закатами, способность и желание услышать музыку деревьев в осеннее время, и архитекторы начинают учитывать.

Скоро, скоро родится Пушкин, и будет "осенняя пора, очей очарованье! Об этом особом состоянии души и восприятия сказал Блок: Места для парков выбирают "романтические", подобные дикой природе - в таких парках есть водопады, скалы, валуны. Романтику там хорошо - он в полной мере может насытиться эмоциями. Поэтому я еду в парк Монрепо, ведь, как вы уже наверное поняли - я романтик.

Ехать туда легко и просто - электричкой с Финляндского вокзала. Утром есть электричка-экспресс до Выборга, проезд стоит столько же, сколько и на обычной электричке.

Но эта делает всего две промежуточные остановки. И если придти немного пораньше а на Финбане всегда огромные очереди в кассызанять местечко у окошка - тогда вам гарантирована чудесная поездка, перед глазами расстилается северный лес, сосны стремятся вверх, напоенные светом, и хочется только глядеть-глядеть-глядеть. В дороге я думаю о бароне Николаи. Воспитатель Павла, романтик, верующий в Красоту и Любовь, и вышедший в отставку, чтобы посвятить себя созданию некоего волшебного, гармоничного пространства под названием "Мое отдохновение" - Монрепо.

Его парк был предназначен для всех, каждый, кто жаждал Разговора с собой и Разговора со Вселенной, мог придти. Парк полон символов, он сам - Символ Красоты, Любви и Смерти. Переход или, по крайней мере, возможность перехода в иное измерение. Закончу это отступление словами Владимира Соловьева: Эти мшистые громады Что от смертного вам надо, Что за тайна здесь лежит?

И посоветую в первый раз приехать в парк в солнечную погоду Приехав в Выборг и выйдя на автобусную остановку, я попала в "объятия" выборгских бабушек, и не только. Каждого туриста а все подходят на остановку с одним вопросом - как доехать до Монрепо? В парк идут два автобуса, один из них делает крюк, но номера я забыла. Так что, если что - бабушки помогут. Выйдя на остановке, надо пройти вперед ко входу, билет стоит 80 руб, но - вот досада - никаких сборных экскурсий по парку не предусмотрено.

Причем цена заказной экскурсии совсем невелика, что-то около руб, и я, на пару с еще одной туристкой, хотели скинуться для такого дела. Но это не помогло - экскурсии надо заказывать заранее. В парке, пройдя чуть вперед, я свернула налево, прочь от основной массы туристов, свернувшей направо.

И вам советую идти так же, если хотите почувствовать этот парк, чтобы он стал "вашим отдохновением". Да, забыла сказать - хорошие кроссовки обязательны для такой поездки. На мне были спортивные сандалии, и я об этом пожалела. Как фея леса, я иду по скальным тропам, перешагиваю через корни сосен, цепко обхватившие лбы-валуны, блуждаю по светлому лесу, удивляюсь каждой маленькой сосенке и в почтении замираю перед огромными. Я морской по сути человек совсем не боюсь этого леса, он представляется мне разумным добрым существом, который гостеприимно отнесся к моему "Я".

Только у самой кромки воды, вдоль которой вытоптана тропа и идет нескончаемый поток людей в шлепанцах, я вспоминаю, что я в парке. Этот поток движется уже налево по тропе, где я уже побывала, полежала на нагретых солнцем скалах, послушала нежный шелест воды, а теперь иду направо - чтобы со стороны посмотреть на Остров Мертвых, подумать о Вечном.

В Третьяковской галерее, в том зале, где висят полотна Брюллова, есть картина Максима Воробьва "Дуб, поражаемый молниеЙ". Эту картину художник, тоже из поколения романтиков, написал после смерти своей жены. Бездна отчаяния обрушивается на вас, когда вы уходите туда, в эту картину, там бушует буря, молния уничтожает мощный дуб, ветер сбивает вас с ног.

Там, в этой картине, вы чувствуете предельные эмоции бытия, чувствуете, как плачет, гибнет муж, потерявший свою любимую. Гроза и ветер, напряжение восприятия, "Во мраке молнии блистают! И можно представить себе, что чувствовал барон Николаи, задумывая в своем парке Остров Смерти. На остров этот просто так не попасть, надо переплывать через пространство воды, и прах каждого ушедшего члена семьи погружали на лодку, и перевозчик, как Харон, перевозил останки туда, откуда не возвращаются.

В данном - прямом и аллегорическом смысле - на Остров Смерти. В базальтовой скале выдолблены склепы для членов семьи Николаи, для него. На вершине скалы белеет замок Людвигбург — архетипический образ смерти. И можно представить, как барон, горюя над утратой, в грозы и молнии, под дождем и в холодные снежные дни, навещал своих ушедших.

Переправа на Остров есть и. Некий сообразительный товарищ за денюжку перевозит на это сакральное место желающих устроить там пикничок. И потому переправляться туда я вам не советую - святое для кого-то место должно оставаться святым. Как я не посмотрела Русскую Версалию и что из этого вышло В Северно-Западном регионе стала портиться погода. Когда пошел дождь, я с облегчением выдохнула: Без дождя как-то…не по-настоящему.

А так все встало на свои места. Когда дождь усилился всерьез и надолго, все еще более встало на свои места — когда постоянно мокрая обувь, разноцветье зонтиков, серо и мглисто. Поэтому дышится в нем легко, и планов громадье, и дождь — вовсе не помеха для выполнения задуманного. Сестра живет недалеко от Балтийского вокзала, не воспользоваться этим глупо — и я — мастер нестандартных решений — выбираю ехать …в Стрельну.

Эх, говорю я себе, а не съездить ли мне в парк, а не посмотреть ли мне Константиновский Дворец! Когда-то в нежные годы, будучи девушкой весьма задумчивой, садилась я на трамвайчик и ехала-ехала и гуляла по этим также весьма задумчивым местам.

Билет, между прочим, купила на электричку туда и обратно — предусмотрительная.

О.Э. Мандельштам. Ленинград

Мало ли, когда соберусь. Здесь я привожу ссылку на ролик, чтобы было понятно, почему я хотела съездить в Стрельну: Не поверила своим глазам — похоже, сюда не добралась рука цивилизации. Или люди сюда нечасто ездят, в Константиновский-то дворец? По пути столкнулась с тотальным непониманием со стороны местного населения.

Я их — про парк спрашиваю, а они мне, так вы не туда приехали, вам в Петергоф надо, это дааальше. Минуточку, товарищи, у вас же тут парк был, и дворец, опять же, хотелось. Ах ээээтот глаза круглыену вам тудааа и взгляд с сомнением. Тут уж я, напуганная историей с Летним Садом, не знаю, о чем и думать, и что вообще мои милые сограждане пытаются мне сообщить, не доводя при этом дело до конца.

Все это, на минуточку, под дождем, но безумству храбрых… Таким образом дошла я до Путевого Дворца. Это такой бывший кусочек парка, теперь самостоятельная единица, тонкой полоской отрезанная от основного массива. Там, в массиве, говорят, очень красиво. Однако, кассир, продающая билеты во Дворец, отреагировала очень нервно, на мой деликатный вопрос — а как вот, скажите, можно попасть к вашим соседям, полюбоваться парком и Константиновским Дворцом?

Видимо, я не первая. И вообще, девушка, вы странная. Да, я действительно странная, но доходило это до меня долго.

Как-то наивно я полагала, что посмотреть то, что видела когда-то, только в усовершенствованном, ухоженном варианте, так же естественно, как посмотреть парки и дворцы в Петергофе, Пушкине, Павловске. Ан нет, товарищи, выяснилось, что это не. Посмотреть желаемую красоту можно только в составе организованной группы по предварительной договоренности, видимо, под бдительным присмотром людей из кустов.

Что тут сказать — желание увидеть Русскую Версалию пока у меня пропало. В следующий раз я с огромным удовольствием съезжу в Ораниенбаум и Гатчину, ни с кем не согласовывая свои поездки. Между тем, дождь как бы подустал, и жаль терять день, и — шальная мысль, которая оказалась одной из самых продуктивных во время этой поездки — а не махнуть ли мне, действительно, в Петергоф?

А надо сказать, что Петергоф, хоть и безумно красив, не принадлежит к числу моих любимых парков. Возможно, потому, что в нем доминируют фонтаны, которые очень любил Петр, и суть этой любви в том, что все подвластно воле человека, обладающего знанием - он может заставить воду литься вверх, а не вниз, согласно законам природы. Возможно, я не очень люблю Петергоф еще и потому, что он слишком красив.

Туда хорошо ездить с детьми, когда те еще не различают полутонов, там красота столь очевидна и неоспорима, что понятна каждому. Поэтому приплыть туда на метеоре, выйти, как пеннорожденный бог, на берег этого прекрасного места, попасть в пространство чудес и стройной гармонии — для путешествия с ребенком это обязательный пункт программы.

Но я, впервые в жизни, еду в Петергоф на маршрутке, и не ожидаю от этой поездки. А дождь шпарит с новой силой. Мне выходить — и я попадаю в Верхний Сад. Время около пяти, ливень выгнал людей из парка, и в 5. Что я увидела, лучше слов расскажут фотографии.

В творчестве Дмитрия Данилова эти варианты возвращения уже, кажется, встречались. А вот ещё один: И ей, и её избраннику предстояло убедиться в том, что влюбиться не с первого взгляда трудно, но. У Данилова новый роман — роман с Городом. Есть эпиграф, для города довольно обидный: А потом всё оказывается почти как в том фильме: Или, в конце концов, поселись в приглянувшемся городе на недельку, а то и на месяц — для знакомства более чем достаточно. Данилов ставит другую задачу, с самого начала чётко её обозначая, чтоб читатель всё уяснил ему, читателю, ещё будет над чем голову поломать: И последняя фраза это вроде бы подтверждает: Только и эту фразу, и название романа можно понимать по-разному.

Тематическое задание школьнику, изучающему то ли свой, то ли чужой язык? Но оказывается, чтобы описать, нужно полюбить. Или чтобы полюбить, нужно описать. А в результате Город притягивает, как наркотик. Вдруг да подчинит. Была же у Добычина дама-Чичиков, почему же и городу-Чичикову не появиться. Город, его улицы, площади, памятники и футбольные команды, гостиницы и магазины не названы, а загаданы: Писатель по цитатам не ошибёшься — Добычин, значит, город Брянск.

В тексте много скрытых добычинских реминисценций, но о них как-нибудь в другой. Дальнейшие топонимические узнавания могут доставить радость разве что брянчанам или брянцам?

я возвращаюсь в этот город знакомый до слез

На самом деле расшифровки ничего существенного не добавят, скорее, наоборот: Можно представить себе всё что угодно. В восприятии города важна точка зрения. Собственно говоря, героев в романе всё-таки два — описывающий и описываемый, наблюдающий и наблюдаемый. Разные состояния наблюдателя порождают разные облики города: Не случаен тут и остранённый взгляд, способный увидеть новое в привычном.

Взгляд может быть из заоблачной высоты, причём не только на город, но и на себя самого: Вдруг проявляется некая странная и страшноватая оптика — два облака, похожие на огромные линзы, обращённые выпуклой стороной к земле: Чьи глаза вглядываются в город, что могут они увидеть в пустоте и заброшенности?

Возвращения приобретают характер ритуала или паломничества: Некий моральный императив побуждает к действию, не даёт сорваться в Овраг Беспамятства.